Чергинец Николай Иванович - Вам - задание - 1. Вам - задание - читать и скачать бесплатно электронную книгу 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Модезитт Лиланд Экстон

Отшельничий остров - 5. Смерть Хаоса


 

Здесь выложена электронная книга Отшельничий остров - 5. Смерть Хаоса автора, которого зовут Модезитт Лиланд Экстон. В библиотеке rus-voice.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Модезитт Лиланд Экстон - Отшельничий остров - 5. Смерть Хаоса.

Размер файла: 504.54 KB

Скачать бесплатно книгу: Модезитт Лиланд Экстон - Отшельничий остров - 5. Смерть Хаоса



Отшельничий остров – 5

Распознавание и вычитка – Alexandr
«Смерть Хаоса»: ACT; Москва; 2004
ISBN 5-17-016383-5
Оригинал: Leland Modesitt, “The Death of Chaos”
Перевод: В. Волковский
Аннотация
Это – мир вечной войны Черных и Белых магов. Мир великой войны гармонии и хаоса. Только – в войне этой магию гармонии подчинили себе Черные… а воистину, может ли быть по-иному, если Черная магия – плоть плоти и кровь крови ритуального искусства? Белым же достался на долю хаос. И воистину, кто поспорит с этим, если Белая магия – свободное, творящее будущее искусство? Уже полмира – под властью тирании Белых защитников хаоса. И нечего противопоставить Черным защитникам гармонии оружию врага. Только – талант молодого мага Лерриса и опыт мудрого мастера Джастина. Только – неожиданность «третьей силы», внезапно вмешавшейся в войну хаоса и гармонии!..
Лиланд Модезитт
Смерть Хаоса
Моим родителям,
которых с возрастом
я понимаю все лучше,
и Кэрол Энн.
Часть первая
ОБРЕТЕНИЕ ХАОСА
I
Едва лишь я нанес слой лака на сработанный из черного дуба шкаф для одежды, предназначавшийся для Каси – самодержицы Кифроса, как ощутил приближение лошадей и всадников. Кристал с ними не было, и мне не понравилось, что Наилучшие скачут к мастерской без моей супруги, однако, поскольку она являлась заместителем командующей войсками самодержицы, мне приходилось мириться с непредсказуемостью ее отлучек и появлений.
Успев закончить лакировать секцию шкафа, я встретил прибывших у конюшни. Постройку конюшни затеял не я, а Кристал, и она же оплатила большую часть работ, особенно по оборудованию помещений, служивших казармами ее личной охраны. Что поделаешь, жизнь порой преподносит странные сюрпризы. Я, во всяком случае, никак не чаял оказаться консортом второго по значению военачальника страны, когда меня, саму Кристал, Тамру и кое-кого еще вышвырнули с Отшельничьего острова, поскольку, по мнению Черного Братства (и моего отца), мы были недостаточно «гармоничны».
– Привет тебе, Мастер Гармонии! – непринужденно промолвила сидевшая на кауром мерине и облаченная в зеленый кожаный мундир Наилучших – отборного войска самодержицы – Елена.
Судьба свела меня с ней в первые дни моего пребывания в Кифриене, когда мне довелось померяться силами с мастером хаоса Антонином и вызволить Тамру из Белой Темницы. Елена сопровождала меня в этом нелегком путешествии и с тех пор именовала не иначе как Мастером Гармонии, а всякого из Наилучших, позволявшего себе более фамильярное обращение со мной, живо ставила на место, пригрозив отходить плеткой. Насколько серьезны были эти угрозы, вопрос другой, однако я понимал ее резоны и, положа руку на сердце, находил их вполне приемлемыми. Люди считали меня великим магом, поскольку мне удалось совладать с тремя белыми чародеями, один из которых злодействовал не только в Кифросе, но и по всему Кандару.
– Привет и тебе, командир Елена.
Она сморщила нос.
– Ну и вонища.
– Это лак. Я, правда, добавил в него кое-что для лучшего блеска…
– Хватит, хватит… – с улыбкой проворчала широкоплечая воительница, соскакивая с коня. – До встречи с тобой я искренне полагала, что все столяры – это низкорослые человечки, проводящие дни напролет, не высовывая носа из своих темных мастерских, где они занимаются чем-то вроде ворожбы.
– Ты почти права. Работа по дереву действительно требует времени, да и ростом я, сама видишь, не так уж велик.
Она покачала головой. По правде сказать, я чуточку повыше среднего кифриенца, однако этот смуглый народ заметно уступает ростом как своим северным соседям, так и островитянам с Отшельничьего. Вот и получается, что великаном меня не назовешь.
– А где Кристал?
– Субкомандующая встречает самодержицу и в скором времени будет здесь.
– Почему же тогда ты приехала? – пробормотал я, не особо рассчитывая на ответ, и покосился на зажатую в руке пропитанную полирующим составом тряпицу. – Ладно, вернусь-ка я в мастерскую, закончу работу, пока лак не засох.
Елена, вопреки ожиданиям, ответила:
– Командующая Феррел позаботилась о том, чтобы ее заместителя ничто не беспокоило.
Этот ответ показался мне лишенным какого-либо смысла. Получалось, будто командующая Феррел решила обеспечить спокойствие и безопасность Кристал, оставив ее без личной охраны.
– На сколько человек накрывать, мастер Леррис? – спросила Рисса, появившаяся как всегда босиком и в неприлично коротких – во всяком случае, на мой взгляд штанах. Я уже давно оставил надежду повлиять на ее манеру одеваться, равно как и на привычку в присутствии посторонних неизменно величать меня «мастером». Рисса выросла неподалеку от сожженной усадьбы, полученной мною от самодержицы и отстроенной заново. Елена спасла Риссу от разбойников, убивших ее консорта и дочь незадолго до того, как мы с Кристал прибыли в эти края. Поначалу Рисса не могла говорить, но мой дядюшка Джастин – единственный настоящий серый маг во всем Кандаре, а может быть, и во всем мире – утверждал, будто пребывание рядом со мной и Кристал может оказать на нее целительное воздействие. Сам он в то время был всецело поглощен возвращением к полноценной жизни Тамры, чья душа едва не подверглась разрушению в то ужасное время, когда стараниями мастера хаоса Антонина белая колдунья Сефия завладела ее телом.
Я сделал для Риссы все, что мог, Кристал приняла ее под свое покровительство, а Рисса, в свою очередь, взяла на себя заботу о нашем хозяйстве. Оказалось, что таким занятым людям, как я и моя супруга, вовсе нелишне иметь дома человека, который займется стиркой и готовкой. Это позволяло мне полностью сосредоточиться на работе в мастерской. Кристал, правда, готовила превосходно, но с тех пор как она стала заместителем командующей войсками Кифроса, у моей жены на это никогда не было времени. Меня до сих пор несколько удивляло то, что Кифросом, словно древним Западным Оплотом управляли главным образом женщины. Правда, в отличие от Оплота они не господствовали над мужчинами и власть не была их исключительной привилегией, просто почему-то получалось, что женщины здесь проявляли способности к правлению гораздо чаще, нежели мужчины. Что меня вполне устраивало, поскольку сам я ни малейшей склонности к таким делам не имел.
– Опять он невесть о чем задумался… – послышалось ворчание Риссы. – Эй, мастер Леррис… так как насчет обеда? На сколько человек накрывать?
– А я откуда знаю? – буркнул я и повернулся к Елене. – Сколько с тобой народу?
– Мы поели перед отъездом, – отозвалась она, слегка нахмурившись. – К тому же у всех моих людей с собой паек.
– Так вы с нами не пообедаете? Послушай, объясни-ка мне толком – почему вы не с Кристал? Ее что, снова отослали невесть куда?
– Пообедаем в другой раз. Субкомандующая велела тебе передать, что вместе с ней прибудут маг Джастин и его ученица.
Я глубоко вздохнул. Дела, похоже, усложнялись. Последние восемь дней Кристал находилась в окрестностях Разора, занимаясь чем-то, связанным со сбором податей, и я искренне надеялся, что по завершении этой миссии она сможет подольше побыть со мной. Однако, судя по всему, надежды мои были напрасны. Одно то, что Елена, обычно не упускавшая случая подкрепиться за домашним столом, не собиралась разделить со мной трапезу, не сулило ничего хорошего.
Елена мягко улыбнулась, давая понять, что мои мысли для нее не секрет.
– Рассчитывай пока на пятерых. И позаботься о том, чтобы у нас хватило пива для Джастина, – сказал я Риссе.
Та покачала головой и вернулась в дом.
– Думаю, что мне…
– …лучше вернуться в мастерскую, – продолжила за меня Елена. – Я вовсе не хочу, чтобы из-за меня оказалось испорченным изделие, предназначенное для самодержицы.
– Откуда ты знаешь, над чем я работаю?
Пожав плечами, Елена повернулась и двинулась к Валдейну, Фрейде и еще двум незнакомым мне бойцам. Валдейн подмигнул мне, а я в ответ демонстративно пожал плечами.
Возвращаясь в мастерскую, я с удивлением – хотя уже не в первый раз – размышлял о том, как обстоят в Кифросе дела со всякого рода секретами. С этими мыслями я обмакнул тряпицу в полировальную жидкость и принялся втирать состав в дерево. Правда, слово «втирать» едва ли можно считать точным, поскольку процесс осуществлялся почти без усилия. Приготовленный мною состав хорошо ложился на поверхность, но на его высыхание уходило немало времени. По моему рецепту лак следовало накладывать в несколько слоев, один поверх другого. Дело долгое и хлопотное, но зато конечным его результатом должно было стать надежное, долговечное и практически невидимое покрытие. Особого внимания требовали дверцы шкафа, ведь за них берутся чаще всего.
Поблескивавшие инкрустированные детали казались выступавшими над темной поверхностью дерева. Инкрустация, на мой взгляд, была самой трудной частью работы. Я имею в виду не гравировку, не прорезку в деревянной основе пазов – это требовало лишь аккуратности и терпения, – но создание самих инкрустируемых вставок. Вставки должны были не просто погрузиться в поверхность и увязнуть в ней, а как бы срастись с основой, что требовало учета плотности прилегающих к поверхности слоев и силы поверхностного натяжения.
Сам инкрустируемый узор представлял собой один из вариантов герба, изображенного на стяге самодержицы: оливковая ветвь, перекрещенная с мечом. Золотой дуб на фоне черного дуба панели. Больше ничего не требовалось – излишества испортили бы простоту гладкого узора. Однако работа требовала скрупулезности и умения, ибо малейшая оплошность тут же бросилась бы в глаза, тогда как более затейливый орнамент зачастую позволяет маскировать ошибки.
Работа по дереву предполагала наличие особого чутья на огрехи и способность чувствовать дерево – во всяком случае, небольшие (на мой взгляд) промахи, допущенные мною в годы ученичества у дядюшки Сардита, привели к тому, что я был выслан с Отшельничьего острова, переправлен через Восточный океан и оказался в Кандаре, дабы постигать «истину» гармонии с посохом в руке. Правда, посох был не простой, а насыщенный гармонией и окованный черным железом.
Я обладал способностями, позволявшими мне стать мастером гармонии, был одним из тех, кого называли «черными посохами», однако, поскольку никто не счел нужным толком просветить меня насчет моих возможностей, неприятности сыпались на меня одна за другой. Мне пришлось уносить ноги из Фритауна, затем из Хрисбарга, и неизвестно, чем закончились бы мои скитания по Восточному Кандару, не случись мне встретиться с Джастином. Еще не зная, что он является серым магом, я с радостью стал его учеником и лишь спустя более года выяснил, что он приходится мне родным дядюшкой, причем очень старым дядюшкой. Как оказалось, ему давно перевалило за двести. Путешествуя с ним, я едва не оказался плененным призраками белых чародеев, обитавшими в развалинах уничтоженного столетия назад Фрвена, былой цитадели Хаоса. Джастин спас меня, а со временем научил исцелять овец и кое-чему еще. Жизнь моя вроде бы наладилась, однако дела редко оборачиваются так, как было задумано. Движимый лучшими побуждениями, я выручил и исцелил уличную потаскушку, но оказалось, что в Джеллико целительство без лицензии преследуется законом. В итоге мне пришлось расстаться с Джастином и снова пуститься в путь на свой страх и риск.
В Рассветных Отрогах меня настигла снежная буря, однако каким-то чудом я сумел перебраться через горы и добраться до Фенарда, столицы Галлоса. Там мне удалось устроиться подмастерьем к старому столяру Дестрину и снова заняться работой по дереву. В Фенарде я оставался больше года, до тех пор, пока не совершил очередную глупость – внедрил в сработанные по заказу стулья слишком много гармонии. Когда на эти стулья уселись тронутые хаосом служители Префекта, столкновение гармонии и хаоса привело к тому, что они получили ожоги. В результате мне пришлось покинуть Галлос, правда, перед этим я устроил судьбу дочери Дестрина Дейрдры, подыскав мастеру ученика, а ей мужа.
В ту пору между Галлосом и Кифросом шла война, поджигателем которой был Антонин, сильнейший и злонравнейший из всех белых чародеев, с какими мне только доводилось встречаться. Выяснив, что Кристал вступила в войско самодержца Кифроса, я направился в столицу этой державы, Кифриен, надеясь оказаться полезным силам гармонии и своей знакомой, хотя в ту пору мои магические навыки едва ли позволяли мне тягаться с Антонином.
По пути мне посчастливилось вызволить из плена нескольких бойцов из числа Наилучших – отборных воинов командующей Феррел. В Кифриене меня ожидал сюрприз – оказалось, что Кристал дослужилась до второго по значению поста в войске самодержицы, а мое место рядом с ней. Правда, тогда я был слишком туп, чтобы это уразуметь. Все дальнейшее тоже складывалось непросто, совсем непросто. Так или иначе, я продолжил поиски Антонина. Антонин, действуя вместе со своей приспешницей, белой колдуньей Сефией, заточил в магическую Белую Темницу душу высланной вместе со мной с Отшельничьего острова Тамры. А в тело Тамры вселилась белая ведьма. Еще немного, и она овладела бы этим телом окончательно и бесповоротно – именно таким способом мастера хаоса, именуемые похитителями тел, продлевают свою жизнь. Стоит заметить, что к моему телу они тоже присматривались и пытались соблазнить меня, но у них ничего не вышло.
К тому времени я уже сделал то, чего от меня тщетно пытались добиться взрослые на Отшельничьем острове, – прочел-таки «Начала Гармонии» и решил, что готов к столкновению с Антонином. В известном смысле так оно и оказалось. Столкновение наше закончилось смертью Антонина, последовавшей после того, как я сломал собственный посох, в котором была замкнута часть моей души и моих магических способностей, и в результате смог отсечь его от источника хаоса. Антонин и Сефия погибли, поддерживаемый мощью хаоса колдовской замок рухнул, а мы с Тамрой едва успели выбраться наружу. Правда, пленение почти лишило Тамру рассудка, и я сделал все, чтобы восстановить ее духовные силы, несмотря на то что Джастин, чуть ли не через всю страну, мысленно предостерегал меня против подобного вмешательства. Однако мое тупое упрямство сослужило мне добрую службу. Мало того, что мне удалось помочь Тамре, так вдобавок по возвращении в Кифриен я, будто не сознавая, какое расстояние разделяет столяра-недоучку и заместителя главнокомандующего, признался Кристал в любви. Глупость была вознаграждена, и в конечном итоге мы с Кристал стали жить вместе в этом отстроенном мною доме. Я устроил в нем мастерскую и снова занялся столярным ремеслом, стараясь не прибегать к магии без крайней нужды.
А ведь все эти события произошли в конечном счете из-за того, что я не мог толком посадить на клей столешницу в дядюшкиной столярной мастерской у себя на родине, на далеком Отшельничьем острове.
Я покачал головой – воспоминания, нахлынувшие в связи с известием о скором приезде Джастина и Тамры, мешали сосредоточиться на работе. Тем не менее мне почти удалось закончить полировку, когда со двора донеслось цоканье копыт. Пожав плечами и отложив тряпицу, я поспешил наружу, на холодный осенний ветер. В Кандаре по мере приближения зимы воздух наполняется не то чтобы слишком уж резким и горьким, однако весьма ощутимым запахом прелых листьев.
Моя темноволосая, черноглазая субкомандующая обняла меня и поцеловала почти в тот же миг, как ее сапоги коснулись земли. Тамра и Джастин оставались верхом: Джастин, как всегда, сидел на Роузфут.
– Как ты тут без меня? – с усмешкой спросила Кристал.
– Да я уж и забыл, каково это – быть с тобой.
– Ты сияешь, как плошка, – заметила Тамра. – Стоит ли так выпячивать свою радость?
– А я действительно радуюсь. Когда-нибудь ты меня поймешь, – отозвалась Кристал и одарила меня еще одним поцелуем, долгим и крепким. При этом она не заметила, что рукоять ее меча больно воткнулась мне в живот.
Фыркнув, Тамра соскочила со своей лошади. Она была в обычном темно-сером наряде, с цветным платком на рыжих волосах. Платок на сей раз оказался голубым, в тон ее холодным глазам.
Джастин соскользнул с Роузфут с дающейся долгой практикой непринужденностью и посмотрел на свою ученицу.
– Тамра, не худо бы нам поставить лошадок в стойла. Всех трех.
– Задай ему жару, Кристал, – буркнула Тамра, берясь за поводья коня Кристал.
В известном смысле Кристал так и поступила, что доставило нам обоим немалое удовольствие. Но в конце концов мы разорвали объятия, покончили на время с поцелуями и Кристал ускользнула в умывальню ополоснуться с дороги. Я вымыл руки на кухне и присоединился к гостям, уже собравшимся за столом. Рисса подала поднос со свежеиспеченным хлебом, оливковое масло и раздобытое ею неведомо где варенье из клюквицы. Кифрос был слишком жарким краем для этой северной ягоды.
Тамра тут же потянулась за хлебом. Рыжеволосая всегда отличалась отменным аппетитом, что не мешало ей оставаться стройной как тростинка.
– Что мне нравится в твоем доме, Леррис, так это то, что тут гостей хоть голодом не морят. Вон как тебя разнесло.
– Ну это ты брось, Тамра. С меня брюки сваливаются.
– Скажи Риссе, пусть ушьет.
– Искренне верю, что когда-нибудь я увижу с иголкой и тебя, Тамра, – подал голос Джастин.
Рыжеволосая вспыхнула. Рисса хихикнула. Джастин поднял бровь, глядя на свою по-прежнему своевольную ученицу. Я многому научился у Джастина и оставался бы его учеником и дальше, если бы не упоминавшаяся уже история с исцелением потаскушки и бегством из Джеллико. Впрочем, пойдя своим путем, я тоже добился неплохих результатов, а учитывая тот факт, что Джастину удалось-таки подвигнуть меня на прочтение «Начал Гармонии», мое ученичество следовало считать вполне успешным. Тамра, как мне казалось, усвоила пока не так уж много. Последнее обстоятельство не удивляло: Джастин отличался склонностью наставлять и поучать ничуть не больше, чем Тамра – склонностью слушать и усваивать.
По всем меркам Джастин был глубоким старцем: как мне удалось выяснить, он родился более двухсот лет назад. Правда, сам маг уклонялся от разговоров на сей счет, хотя и признался, что родился на Отшельничьем и доводится моему отцу родным братом. Это объясняло, почему мой батюшка (бывший, к слову, старшим из двоих братьев) не любил распространяться насчет семейной истории. Недостаток знаний доставил мне (как, надо полагать, и моим товарищам по несчастью – молодым изгнанникам, высланным с Отшельничьего для «гармонизации») много серьезных неприятностей. Некоторые из них погибли, да и я не раз оказывался на волосок от смерти. Невежество смертельно опасно, особенно когда оно бросается в глаза.
Но, несмотря на свой более чем почтенный возраст, выглядел мой дядюшка средних лет мужчиной с каштановой, лишь едва тронутой сединой шевелюрой. А ведь ему довелось совершить немало трудных и опасных деяний, величайшим из которых было разрушение Фрвена и заточение белых демонов. Стоило подумать об этом, как мне стало не по себе – содеянное им (и моим отцом) было воистину великим и воистину ужасным подвигом, о котором, впрочем, ни тому ни другому не пришло в голову мне рассказать. Они вообще многое скрывали, считая, что лишь то знание чего-то стоит, за которое пришлось заплатить высокую цену. Недаром большинство магов – как мастеров хаоса, так и мастеров гармонии – живут очень недолго.
Пока Кристал, моя супруга и субкомандующая Наилучших, умывалась, мы все – я, Джастин, Тамра и Рисса – поджидали ее, рассевшись за столом. Это была вещь, которую не забрал заказчик. Восьмиугольный, с инкрустированным узором, стол остался у меня не из-за плохого качества работы, а по той прискорбной причине, что заказчик, расорский торговец по имени Реджер, сломал себе шею, свалившись с оливкового дерева. Как можно сломать шею, упав с высоты всего-навсего в шесть локтей, было выше моего понимания, но говорят, будто в тот момент бедняга, осушив добрый жбан вина, ожесточенно ругался со своим братом. Так или иначе заказ, в связи с кончиной заказчика, выкуплен не был, и мою столовую украсил слишком роскошный для жилища скромного столяра стол.
Кристал говаривала, что это судьба, да и вообще совсем неплохо иметь в своем доме хотя бы одно собственное изделие, не забракованное самим мастером.
– Ну сам посуди, – рассуждала она, – разве приличная мебель в доме столяра не свидетельствует о его мастерстве? Захотел бы ты иметь дело с оружейником, на стенах дома которого развешаны сломанные клинки, или с каменщиком, живущим в покосившемся домишке?
Должен признать, что определенный резон в этих соображениях имелся.
Я потянулся за хлебом, но намазать ломоть маслом или вареньем не решился, опасаясь насмешек со стороны Тамры.
– Перечитывал ли ты в последнее время «Начала Гармонии»? – поинтересовался так и не прикоснувшийся к еде Джастин.
– Нет, как-то руки не доходили, – смущенно признался я.
– А стоило бы, – буркнул дядюшка и, повернувшись к сидевшей на ближайшем к леднику конце стола Риссе, спросил: – Как там у нас насчет темного пива?
Рисса соскользнула со стула с отличавшей всех уроженок Кифроса завидной грацией, и спустя мгновение перед Джастином появился полный кувшин.
– Харлот говорил, что лучше этого пива нет, да и Ринтар его нахваливал. Оно из бочек Джесила, а он варит на совесть, не столько на продажу, сколько для себя.
– Вот и славно.
– До сих пор не пойму, как ты можешь это пить, – промурлыкала Тамра.
– Вот и брат мой говорит то же самое, – усмехнулся Джастин и повернулся ко мне: – Так вот, «Начала Гармонии»…
– Времени не хватает. Вот шкаф для самодержицы делаю, а тут еще заказ на обеденный гарнитур…
– Леррис, – оборвал он меня. – Речь не идет о том, чтобы бросить дела. Но выделить немножко времени на чтение ты вполне в состоянии.
– А чего ради? Я столяр.
– Что бы тебе ни хотелось думать на сей счет, ты все равно остаешься одним из сильнейших магов во всем Кифросе.
Кристал, одетая в брюки из зеленой кожи и простую полотняную рубаху, скользнула в столовую и заняла место рядом со мной. Короткую форменную куртку с золотыми нашивками военачальника она сняла.
– Прошу прощения, что не вернулась раньше, – промолвила она. – Каси задержала меня. У нас возникла проблема… еще одна проблема.
Она повернулась к Риссе и добавила:
– Плесни-ка мне Джастинова пива.
– Далось им это «Джастиново пиво», – тихонько фыркнула Тамра.
Я предпочел оставить это без внимания. Рисса подала Кристал кружку и налила из кувшина пива. Кристал сделала долгий, очень долгий глоток и лишь после этого продолжила:
– Новый герцог Хидлена захватил серные источники в нижних Рассветных Отрогах.
– Серные? – переспросила Рисса.
– Сера нужна для изготовления пороха. Ее смешивают с углем и селитрой, – пояснила Тамра.
– Много ли пользы от этого взрывчатого порошка, – скептически заметил я. – Любой белый маг может…
– Тут-то и может возникнуть затруднение, – со вздохом перебила меня Кристал и, повернувшись к Джастину, спросила: – Ты ведь слышал о Герлисе, не так ли?
– Да, – ответил Джастин, потирая пальцами подбородок. – Он похититель тел. И, скорее всего, самый могущественный белый маг из живущих ныне в Кандаре.
– Он придворный маг нового герцога, этого негодяя Берфира, – пояснила Кристал.
Герцоги в Кандаре менялись часто, почти так же часто, как могущественные белые маги меняли тела.
– Откуда он взялся? – осведомилась Тамра.
– Берфир – глава клана Яннотан. Его семья издревле владеет землями между Телесном и Асулой. Подробностей мы не знаем, известно только, что Берфир собрал войско, вроде бы договорился с купцами насчет налогов и… Короче говоря, бедный герцог Стрена ни с того ни с сего умер, а Берфир оказался его наследником. Сработано все тонко, комар носа не подточит.
– И ты считаешь, что к этому причастен Герлис? – спросила Тамра, накладывая себе варенье из клюквицы.
– Кто знает? Но если и непричастен, то всяко сумел извлечь из произошедшего пользу.
Рисса встала и помешала какое-то варево в двух вместительных кастрюлях. Соблазнительный запах баранины и лука защекотал ноздри, и я невольно облизнулся.
– Но как все это связано с серными источниками?
Кристал пожала плечами.
– Точно неизвестно, но Каси думает, что сера герцогу потребовалась неспроста. Надо разведать обстановку, а для этого необходимо послать разведывательный отряд.
– И когда ты отправляешься? – с тяжелым вздохом спросил я.
– Я не еду. Феррел сказала, что на сей раз ее очередь. Она годами безвылазно сидит в Кифриене, в штабе Наилучших, и я знаю, каково возиться с бумагами. Думаю, ей захотелось проветриться. Она сказала, – Кристал лукаво усмехнулась, – что я совсем тебя забросила, а поступать так по отношению к мастеру гармонии в высшей степени неразумно.
Я всегда относился к Феррел с симпатией, и услышанное лишь подтвердило, что приятное впечатление, которая произвела на меня эта женщина при нашей первой встрече на обеде у самодержицы, не было ошибочным. Помнится, в стычке с белым чародеем я лишился ножа, отданного одной из освобожденных мною Наилучших, и на том памятном обеде Феррел вернула мою потерю.
– А что думает на сей счет Каси… то есть, я хочу сказать, самодержица?
– Ее Могущество считает, что, замещая Феррел, я приобрету опыт, а это пойдет мне на пользу.
– Приобрести-то приобретешь, – хмыкнул Джастин, – а вот насчет пользы, это как получится.
– А дадут нам когда-нибудь по-настоящему поесть? – осведомилась Тамра, глядя на булькающую кастрюлю.
– Уже почти готово, – заверила ее Рисса. Поднявшись, я принялся раздавать коричневые тарелки, купленные на остатки денег, пожалованных мне самодержицей за избавление Кифроса (и Кандара) от некоторых нежелательных белых магов. Большая часть этих средств была потрачена на постройку дома, оборудование мастерской и покупку инструмента. Хорошие инструменты очень дороги, и я даже сейчас не мог бы сказать, что владею всем необходимым.
Джастин был единственным известным мне небелым магом, зарабатывавшим приличные деньги одним лишь колдовством, но для этого ему приходилось без конца разъезжать по всему Кандару.
Поскольку, невзирая на несравненно более высокое положение Кристал, хозяином дома считался я, Рисса поставила кастрюли передо мной, предоставив мне почетное право накладывать и раздавать гостям лапшу с тушеным мясом. Сама она тем временем выставила два каравая дымящегося черного хлеба. Я расстарался – уж во всяком случае Тамра не должна была остаться голодной.
На некоторое время в помещении воцарилась тишина: все лишь жевали да скребли ложками по тарелкам. Тамра налегала на еду с большим рвением, чем кто-нибудь из младших Наилучших, что отнюдь не приличествовало благовоспитанной девушке. Впрочем, кем-кем, а благовоспитанной девицей Тамра никогда не была и становиться таковой не имела ни малейшего желания.
Когда мы с Джастином случайно встретились взглядами, дядюшка покачал головой – не иначе как откликаясь на мои мысли относительно манер его ученицы. Кристал ела отрешенно, погрузившись в свои раздумья. Протянув руку под столом, я коснулся ее колена.
– Скажи Феррел, чтобы была осторожна, – промолвил Джастин.
– Феррел всегда осторожна. Имея привычку лезть на рожон, легче сложить голову, чем дослужиться до ее чина.
Я снова погладил колено Кристал, радуясь тому, что на сей раз ей не придется идти в разведку. Иметь дело с белыми магами – значит подвергаться нешуточной опасности.
– Ты совсем ничего не ешь, Мастер Маг, – заметила Рисса, обращаясь к Джастину. – Так нельзя. Пташки и те больше клюют. И муравьи едят больше.
– В переедании нет ничего хорошего, – со смехом отозвался маг.
– Так же как и в голодании, – парировала Рисса.
Тамра покатилась со смеху, а Джастин отправил в рот несколько ложек и лишь после того спросил:
– А откуда самодержице стало известно про источники?
– Путешественники донесли. Источники находятся близ главной восточной дороги, что ведет в Сайту. Хидленские войска перекрыли дорогу, и некоторым путникам пришлось худо.
Обычные путники и впрямь предпочитали горную дорогу более удобному, но долгому речному пути, тогда как торговцы, напротив, любили добираться из Кифриена в Расор, единственный настоящий порт Кифроса, а оттуда – в гавани Хидлена по воде.
– Ты полагаешь, герцог рассчитывал на то, что Каси узнает о его действиях? – спросила Кристал.
– А долго ли удерживали хидленцы источники до того, как вы их обнаружили? – ответил вопросом на вопрос мой дядюшка, этот хитроумнейший серый маг.
Кристал кивнула.
– Обязательно скажу Феррел, чтобы она имела это в виду.
– А нельзя ли выпить еще пива? – спросил Джастин.
Рисса передала ему кувшин, и он налил себе половину кружки со словами: «Положение серого мага дает определенные преимущества».
– Если ты о возможности пить хмельное, то таким преимуществом вовсю пользуются и белые маги, – не преминул указать ему на ошибку я.
– Погоди, Леррис, – откликнулся дядюшка с добродушной усмешкой, – вот станешь малость постарше и тоже посереешь. Это я тебе обещаю.
Я отмолчался. Серая магия меня не влекла, а о том чтобы «посереть» в смысле «поседеть», задумываться было вроде бы рано. Пока.
Дальнейший разговор, вертевшийся вокруг разнообразнейших предметов, начиная необычно дождливой погодой (в Кифросе даже в зимнюю пору дожди, выпадавшие чаще, чем раз в две восьмидневки, считались чем-то несусветным) и заканчивая решением самодержицы расчистить старую колдовскую дорогу, постепенно сошел на нет.
– Прошу прощения… – устало пробормотала Кристал. – День сегодня выдался нелегкий.
Подавляя зевки, мы удалились, оставив Джастина и Тамру за столом рассуждать о Равновесии между гармонией и хаосом. Я имел представление о Равновесии, ибо некогда сам сыграл на руку Антонину, создав в Фенарде избыток гармонии, но, на мой взгляд, раз уж ты понимаешь, что хаос и гармония должны каким-то манером уравновешиваться, то и прекрасно, и толковать тут особо не о чем. Просто порой приходится сдерживать желание подкрепить естественную гармонию своих изделий гармонией магической. Но повторять прежние ошибки мне как-то не хочется.
Когда я закрыл дверь, Кристал ласково улыбнулась.
– Дорогая…
– Я устала… Устала от разговоров.
Уже в который раз удивляясь тому, как мне удалось не плениться ею с первой встречи, я раскрыл объятия.
Позже, намного позже, когда Кристал уже спала рядом со мной с по-детски открытым, невинным лицом, я долго любовался ею, уже чувствуя, что остаться в стороне от надвигающихся событий нам, увы, не удастся.
Снаружи доносилось тихое позвякивание оружия: кто-то стоял на карауле. Сама мысль о вооруженном карауле, выставленном у столярной мастерской, могла показаться нелепой, однако положение моей супруги не позволяло оставить дом без охраны. Я поцеловал Кристал в щеку. Промурлыкав что-то во сне, она пожала мне руку, и я, умиротворенно свернувшись калачиком рядом с ней, заснул.
II
Найлан, Отшельничий остров
Окна в стенах высившегося на склоне холма здания из черного камня смотрели на три стороны – на гавань Найлана, Кандарский залив и Великий Восточный океан. Лишь на северном фасаде здания окон не имелось. Окна – как распахнутые настежь боковые, так и широкие, поблескивавшие стеклами закрытые центральные – были заключены в рамы из черного дуба, подогнанные так тщательно, что разглядеть зазоры в местах соединений не представлялось возможным. Позади выходившего на юг окна второго этажа, откуда открывался превосходный вид как на волнолом, так и на саму гавань, находилась главная палата Совета Братства.
День клонился к вечеру. Волны, омывавшие южную оконечность огромного, как материк, Отшельничьего острова, вспенивались белыми барашками, и холодный ветер, тот самый, который поднимал эти волны, продувал палату, проникая в нее через узкие западные окошки покидая ее сквозь такие же узкие восточные. Трое советников сидели позади старинного резного стола, по другую сторону которого стояли пока пустые стулья, предназначавшиеся для тех, кому предстояло предстать перед Советом.
– Марис, ты хоть в состоянии уразуметь, что происходит?
Широкоплечая волшебница в черном смотрит на бородатого мужчину.
Узколицая женщина поднимает кубок, отпивает глоток зеленого сока и молча смотрит в широкое, расположенное в центре южной стены окно.
– Ты, кажется, полагаешь, что раз я торговец, то, стало быть, и слепец. Как бы не так, мы тоже кое-что видим, только по-другому, – отвечает Марис, теребя пальцами квадратную бороду. – Это одна из причин, по которой купец входит в Совет, и не просто…
– Хелдра представляет людей, тогда как ты… – медленно начинает Тэлрин, однако Марис не дает ему договорить.
– Позволь мне все-таки закончить, – со вздохом произносит он. – Хелдра волшебница и одновременно командир. Она представляет интересы военных и тех, у кого есть деньги, чтобы оплачивать военные действия. Поэтому неудивительно, что в свободное время ей нравится поиграть в военачальника. Я тоже представляю тех, у кого есть деньги, представляю интересы торговцев и потому на дух не переношу всяческие забавы с клинками. Ты представляешь в Совете мастеров гармонии Братства. Денег у них не густо, но зато они располагают кораблями из черного железа и магической силой. Оружие, деньги и магия – вот что в действительности представлено в Совете. Никто не в состоянии принудить Братство к чему бы то ни было, однако самые разволшебные волшебники нуждаются в деньгах точно так же, как мы, купцы, нуждаемся в добываемых магическими средствами сведениях.
Умолкнув, Марис делает глоток из своего кубка, после чего продолжает:
– Я и сам понимаю, что в Кандаре заваривается каша, но вопрос в том, где именно. Ясно мне и то, что мы снова сталкиваемся с проблемой концентрации хаоса. Концентрация хаоса неизбежно повлечет за собой нарушение сложившегося в Кандаре порядка, а это не может не сказаться на торговле. И скажется непременно, вопрос в том – когда? И какие рынки будут затронуты в первую очередь?
– Не думаю, чтобы это беспокоило хаморианских торговцев, – замечает Нелдра.
– Правильно, поскольку они продают дешевые товары массового спроса, те самые, которые в тревожные времена народ расхватывает в первую очередь. Мы торгуем изделиями качественными, дорогими, а когда беда на пороге, людям не до роскоши.
– Возможно, твои торговцы могут разжиться сведениями у хаморианцев?
– Хелдра, ну нельзя же быть такой тупой! – восклицает Марис, но тут же справляется с раздражением и уже более спокойным тоном добавляет: – Единственный наш товар, который и при таких обстоятельствах всегда найдет покупателя, это железо, но вы с Тэлрин…
– Довольно! – ворчит Тэлрин. – Ты, кажется, говорил о проблеме концентрации хаоса?
Купец смотрит вдаль, за гавань, где сходятся вместе воды залива и Восточного океана. Пальцы его сжимают кубок.
– Эта проблема не стоит перед нами прямо сейчас. Последним, кто создавал серьезные затруднения, был Антонин, но ваш Леррис о нем позаботился. Должен заметить, сработано было аккуратно.
– Даже слишком, – говорит Хелдра, поджимая губы и переводя взгляд зеленых глаз с одного собеседника на другого. – Он просто не может быть таким невежественным, каким казался, когда находился здесь. Да и разве может человек быть столь наивным, имея такого отца, как Гуннар?
– Он был именно таким, каким выглядел, – настойчиво возражает Тэлрин. – Ты не учила его. А я учила и за свои слова отвечаю.
– Вы говорите, что проблема концентрации хаоса не стоит перед нами прямо сейчас, – напоминает купец, вновь запуская пальцы в бороду. – Из этого определенно следует, что довольно скоро нам предстоит с ней столкнуться.
– Хаос, высвобожденный Леррисом, неизбежно себя проявит, – говорит Тэлрин, отпуская ножку бокала.
– А ты обсуждала этот вопрос в Институте? – спрашивает Хелдра.
– Ты хочешь сказать – с Гуннаром? Маг он, конечно, сильный, в погоде разбирается, но к Братству по существу не принадлежит, – указывает Тэлрин. – Институт – то есть Гуннар – никогда не был настоящим союзником Совета, хотя не могу не признать, не был замечен и в активном противодействии. Все, что они делают, делается с оглядкой на Равновесие. Кроме того, нельзя забывать, что нынешняя проблема имеет отношение к его сыну – и его брату.
– То-то и оно. Гуннар спровадил сыночка на гармонизацию чуть ли не ребенком. С чего бы это?
– Хелдра… – Марис сердито вздыхает.
– Он отправил паренька в изгнание задолго до того, как мы смогли распознать его истинные возможности. Тьма свидетель, мальчонка так и не уразумел, за что его, собственно говоря, высылают, – говорит Тэлрин, прочистив горло. – Гуннар убеждал всех и каждого, что если Леррис не пройдет гармонизацию как можно раньше, он может превратиться в угрозу для Отшельничьего острова. Когда глава Института настаивает на скорейшем изгнании собственного сына, его трудно заподозрить в семейственности.
– А вот потом начинаются чудеса. Леррис проходит обычную для оправляющегося на гармонизацию подготовку, однако по прошествии менее чем двух лет пребывания на материке побеждает и уничтожает сильнейшего белого мага, на тот момент представлявшего собой средоточие хаоса. Мы мальчишку черной магии не учили. Так кто же сделал его мастером гармонии? Во все это просто трудно поверить.
Хелдра ставит кубок на стол.
– Вы обе упускаете из виду одну деталь, – указывает Марис. – С кем юный Леррис повстречался на первой же восьмидневке своего пребывания в Кандаре?
– С Джастином, – кивает Хелдра. – И встреча эта не была случайной.
– Возможно, – соглашается Марис, – но вернемся к моему вопросу. Следует ли нам ждать затруднений, связанных с появлением нового средоточия хаоса? И если да, то как скоро? Если неприятностей не избежать, то нам, купцам, хотелось бы подготовиться к ним заранее.
– Торговля! Только и слышно: торговля да торговля, – бормочет Хелдра.
– Торговля обеспечивает налоговые поступления, позволяющие содержать Трио и оплачивать значительную часть расходов как Братства, так и Совета.
– Торговля важна, спору нет, – подает голос Тэлрин. – И нам действительно предстоит столкнуться с проблемой нового сосредоточения хаоса. Мне кажется, большую часть белой силы вберет в себя Герлис, но когда – сказать трудно. Во всяком случае пока этого не случилось.
Наполнив соком опустевший кубок, Тэлрин отпивает глоток и продолжает:
– Однако хаос в Хидлене определенно усиливается, а о присутствии там других белых магов нам ничего не известно. Правда, что-то подобное происходит и в Слиго.
– Прекрасно! – хмыкает Марис. – Стало быть, в Кифросе находится юный Леррис, в Хидлене – Герлис, Джастин скитается где ему заблагорассудится, а теперь вы сообщаете, что новый источник неприятностей может объявиться еще и в Слиго. Только неизвестно когда.
– Неприятности в Слиго могут быть связаны с твоим загадочным отшельником, – говорит Тэлрин Хелдре.
– Это часом не тот кузнец, которому приспичило сделаться ученым и просвещать мир? – спрашивает Марис. – Саммел или как его там?
Тэлрин кивает.
– Дело в том, что из секретного книгохранилища пропали некоторые тома. Древние тома, иные манускрипты приписываются самому Доррину.
– Ты так беспокоилась насчет Лерриса, – нахмурясь замечает Марис, – а ведь парнишка, можно считать, самоучка. Но что, если этот Саммел располагает древним знанием…
– Значит, этот Саммел располагает древним знанием. Само по себе знание еще не все – нужно иметь способность им воспользоваться. Кому за пределами Отшельничьего это под силу? Разве что Джастину. По правде сказать, как раз Джастин меня особенно беспокоит, – говорит Хелдра, пожимая плечами. – Он был инженером, а его серая магия представляет собой уродливое неполноценное волшебство, способное уничтожить всех нас. Там, где замешан хаос, трудно судить о чем-либо с определенностью. Мы, например, пока не можем сказать, станет ли Леррис средоточием гармонии. Не исключено, что он последует за Джастином.
– Если это и произойдет, то не сию минуту, и время у нас еще есть, – говорит Тэлрин, пригубив соку. – Прежде всего следует обратить внимание на Герлиса. Особенно с учетом того, что Коларис предъявляет претензии на долину Охайд.
– Охайд не принадлежит Фритауну уже несколько столетий.
– Но память об этом сохранилась, чем и пользуется Коларис, будоража людей.
– Надо просто послать туда одно судно из трио, – предлагает Хелдра.
– Под хорошим предлогом, – кивает Марис. – Кстати, «Ллиз» надо уплатить портовый сбор в Ренклааре.
– Как скажете, – соглашается Тэлрин.
– Но что насчет Лерриса? И Джастина? – спрашивает Хелдра.
– Сейчас мы ничего предпринять не можем, – отвечает ей Тэлрин. – Не хочешь же ты затеять ссору с Гуннаром и всеми теми, кого он собрал в своем Институте?
– Нет уж, спасибо. Спящего дракона лучше не будить.
– Тебе стоит снова поговорить с Кассиусом. Он утверждает, что драконов никогда не существовало.
– Ага, кроме Гуннара. Он и есть спящий дракон.
– С Джастином-то как? – напоминает Марис.
– Джастин не просто противостоит средоточиям хаоса; он действует как-то иначе, – говорит Тэлрин с глубоким вздохом. – Не исключено, именно это обеспечивает ему столь долгую жизнь. Так или иначе, он может предвидеть то, что произойдет.
– Ты, кажется, намекаешь…
– Я думаю, что твой Джастин увязнет в противоборстве с мастерами хаоса, не с одним, так с другим. Джастин серый маг. Мы все это знаем.
– Леррис не в состоянии одолевать средоточия хаоса без конца. Каждый из противников может оказаться сильнее его, – указывает Марис.
– И вот это грозит обернуться серьезным затруднением, – подхватывает Хелдра. – Этак недалеко до возвращения к ситуации, существовавшей во времена Фэрхэвена, чего никто из нас не желает. Думаю, даже Гуннар.
– Я не желаю.
– И я тоже.
Все трое умолкают и смотрят в окно на белые шапки плещущихся за горловиной гавани волн Восточного океана.
III
В то время как Кристал исполняла обязанности Феррел, а Феррел производила разведку вблизи серных источников, я занимался первым стулом из гарнитура, предназначавшегося для Хенсила, торговца оливками, чьи рощи простирались от Кифриена до Дазира. Как и все в последнее время, он хотел чего-то «оригинального». Ему понравился набросок с изображением кресла с широкой спинкой и закругленными, напрочь избавленными от острых углов стыками. Помимо всех прочих прелестей модель предусматривала на спинке выложенные бриллиантами инициалы владельца. С креплением для этого украшения мне пришлось повозиться. Поскольку подобная отделка была для меня внове, я поначалу вырезал слишком глубокие пазы. Правда, сладив вчерне с первым изделием, можно было надеяться, что дальше работа пойдет быстрее.
Другой вопрос, что дела редко оборачиваются так, как было задумано. Выяснилось, что зажимов у меня заготовлено недостаточно, клей слишком быстро густеет, и все такое прочее.
И вот в то время, как я ворчал себе под нос, сетуя по этому поводу, со двора донесся топот лошадиных копыт. Всадник был один, скакал галопом, и мне ни то ни другое не понравилось. Кристал никогда не ездила в одиночку, а коней галопом люди пускают лишь при чрезвычайных обстоятельствах. Хотя последняя восьмидневка прошла без происшествий, подобные обстоятельства могли возникнуть в любой момент. Особенно в то время, когда мне выпала редкая возможность видеться с Кристал не от случая к случаю.
– Что-то случилось? – спросил я, торопливо выбежав наружу.
– Ничего особенного, Мастер Гармонии. Ничего страшного, – отозвался Валдейн, откидываясь в седле и отбрасывая со лба длинные светлые волосы. Ни шлема, ни шапки на нем не было. – Командир Елена велела передать, что субкомандующая и самодержица желают тебя видеть. Немедленно.
– Погоди минутку.
Вернувшись в мастерскую, я протер и поместил на стойку использовавшиеся мною инструменты, удалил зажимы и, бросив последний взгляд на незавершенные изделия и верстак, поспешил в умывальню, где наспех побрился. Как для красоты, так и для удобства. Кристал говорила, что небольшая щетина меня не портит, но когда она отрастала, лицо начинало казаться неумытым, а стоило мне вспотеть, еще и чесалось.
Сбросив рабочую одежду, я облачился в свой лучший наряд, коричневый костюм, привезенный из Галлоса. Вид его заставил меня вспомнить о Бострике и Дейрдре, милой дочери старого Дестрина. В нынешних обстоятельствах я ничего не мог для них сделать, но от всей души надеялся, что у них все в порядке. В конце концов, Бострик подавал надежды и должен был со временем стать настоящим мастером.
Переодевшись, я отправился в конюшню, оседлал Гэрлока и вывел его во двор.
– И лошади у вас, волшебников, не как у всех, и ездите вы на своих пони не как все, – промолвил, покачивая головой, Валдейн. – Без шенкелей, с одним недоуздком…
– Нет у нас времени возиться с такими чудищами, на каких скачете вы, солдаты, – отшутился я.
Никакой надобности в шенкелях у меня не было, поскольку Гэрлок чутко отзывался на самое легкое движение недоуздка.
Валдейн рассмеялся, и мы выехали на дорогу, ведущую к Кифриену.
– Где я должен встретиться с Кристал?
– В ее штабе. Оттуда вы отправитесь к самодержице.
Самодержица не имела настоящего дворца, и ее резиденция представляла собой часть обнесенного стеной комплекса зданий, предназначавшегося в первую очередь для размещения Наилучших, конного соединения, являвшегося ядром армии Кифроса. Имелась еще и много меньшая по численности первоклассная пехота, но основной задачей этого подразделения была охрана самодержицы в тех случаях, когда она лично вела войска в бой. Ополченцев, собиравшихся со всей страны, размещали вокруг Кифриена. Недостаточная численность обученной постоянной армии являлась главной проблемой самодержицы во время недавних войн с префектом Галлоса.
Следом за Валдейном я направил Гэрлока в открытые ворота, а потом к центральной конюшне. Конюх посмотрел на меня исподлобья и боязливо кивнул. Я на него не обиделся – можно сказать, совсем не обиделся. Поместив Гэрлока в дальнее стойло, с кормушкой, приспособленной по росту пони, я вышел наружу.
– Всего доброго, Мастер Гармонии, – сказал мне Валдейн, тоже спешившийся и намеревавшийся отвести своего скакуна в воинскую конюшню.
– Всего доброго, Валдейн.
– Желаю удачи, – добавил он, прикоснувшись пальцами к шапке, которую нахлобучил по приближении к резиденции самодержицы.
Перейдя мощеный двор, я вошел в главное здание. Бидек меня пропустил, а вот стоявший на страже у дверей Кристал Херрельд лишь постучался и доложил о моем прибытии. Он прекрасно знал меня в лицо, однако никогда не допускал к Кристал без ее разрешения. Я относился к этому с пониманием и, со своей стороны, ни на каких привилегиях не настаивал.
– Да… хорошо. Заходи! – подала мне знак Кристал, и я, пройдя мимо Херрельда, вошел в кабинет.
Закрыв за собой дверь и убедившись, что в комнате никого нет, я заключил ее в объятия. До поцелуев, однако, дело не дошло.
– Я тоже тебя люблю, – сказала она, – но у нас совершенно нет времени. Мы должны поспешить к самодержице.
Под глазами Кристал залегли темные круги, голос звучал устало.
– А что случилось?
– Феррел мертва. Во всяком случае, мы так думаем.
– Это дело рук колдуна нового герцога?
– Что-то в этом роде. Пойдем в кабинет Каси, и я расскажу тебе все, что нам известно.
До сих пор мне ни разу не доводилось оказаться приглашенным в личные покои самодержицы, и уже одно это говорило о серьезности предстоящего разговора. Кристал, одарив-таки меня теплым, но торопливым поцелуем, натянула форменную куртку с галуном, обозначавшим ее воинский чин, и взяла меч. Клинок, купленный мною для нее еще на Отшельничьем, в те дни, когда мы проходили подготовку к гармонизации и мне казалось, что она слишком много хихикает, а ей, наверное, хотелось, чтобы я был чуточку повзрослее. Она уже больше не хихикала, а вот я порой все еще чувствовал себя недостаточно взрослым, хотя в профессиональном отношении – это касалось обеих моих профессий – добился бесспорных успехов и признания.
Спустившись на пролет по лестнице, мы свернули направо – в крыло, где располагались покои самодержицы, канцелярии, столовые и еще Тьме ведомо что. Не будучи настоящим дворцом и не отличаясь особой роскошью, резиденция правительницы источала особый аромат – благоухание лампадного масла, воска, которым полировали дерево, и лимонного освежителя не могло перебить характерный для воинского лагеря запах металла и кожи.
Разумеется, этот комплекс сооружений никоим образом не мог сравниться великолепием с украшенным фонтанами, колоннами и коврами дворцом префекта Галлоса, и эта скромность произвела на меня особенно сильное впечатление. У дверей личных покоев несли караул двое стражей, способных, судя по виду, не моргнув глазом, изрубить в капусту любого злоумышленника. Правда, мы с Кристал, будь такая нужда, наверное, пробили бы себе дорогу. А, возможно, она справилась бы и в одиночку.
Самодержица – женщина, просившая меня называть ее по имени, хотя мне редко удавалось даже думать о ней просто как о Каси – сидела за большущим столом, заваленным листами пергамента, свитками и даже толстенными счетными книгами, и при нашем появлении не встала.
Стол, хотя и богато разукрашенный, отнюдь не являлся шедевром мебельного искусства: мой наметанный взгляд сразу же отметил огрехи в инкрустации и несоблюдение пропорций, из-за которого создавалось впечатление, будто вся эта махина заваливается вперед.
Я нахмурился.
– Мастер Гармонии, – промолвила она, приветствуя меня кивком. – Хотелось бы мне сказать: «рада тебя видеть», но почему-то получается так, что встречаемся мы либо в преддверии беды, либо после того как она случится.
Черные, с едва заметным проблеском седины волосы самодержицы были если и не всклокочены, то слегка растрепаны, а над бровью красовалось темное пятнышко. На миг я встретился взглядом с ее немигающими зелеными глазами.
– Надеюсь, ты… вы…
Меня так и подмывало назвать ее полным титулом, в результате чего я сбился и умолк.
– Да, – понимающе усмехнулась она, – иметь дело с магами и правителями совсем непросто. Нормальные люди предпочитают держаться от нас подальше, потому как им от нас одна морока. – Каси пригладила упавшую на лоб серебристую прядку и спросила: – Кристал рассказала тебе о Феррел?
– Сказала только, что вы считаете ее мертвой. Мы торопились, и у нее не было времени сообщить мне больше.
– А больше особо и сообщать нечего. Уцелели лишь два бойца, на свое счастье отставшие от колонны.
– А скольких вы потеряли?
– Два отряда, – промолвила Кристал, потирая лоб. – И это существенно ослабляет наши силы. Погибли обученные бойцы, которых некем заменить. Новых за одну ночь не вырастишь.
– А вы знаете, как это случилось?
Кристал и Каси переглянулись, после чего Кристал ответила:
– Нет. Спасшиеся говорят, будто хидленские солдаты – или чародей – использовали что-то вроде огненных стрел. Они ждали Феррел.
– А что, Феррел просто ехала к источникам по дороге? Открыто?
– Нет. Они двигались боковой дорогой, как говорят солдаты, обычной тропкой, а нападению подверглись в добрых двадцати кай от источников. Честно говоря, я просто не понимаю, зачем Берфиру могло понадобиться нападать на нас первому, да еще сейчас. В то время как герцог Коларис заявляет притязания на долину Охайд.
Каси глубоко вздохнула, и я посмотрел на нее.
– Фритаун и Найдлин враждуют из-за долины и контроля над Ренклааром с незапамятных времен, и хотя с времени падения Фэрхэвена спорные земли удерживал Хидлен, ничто не забыто. Память у Фритауна долгая.
– И клинки длинные, – добавила Кристал.
– А не по этой ли причине ему вдруг понадобились серные источники? – спросил я. – Возможно, герцог хочет использовать взрывчатый порошок против Колариса?
– Не исключено. Однако он, скорее, должен был бы считать, что угрозы Колариса – это игра, рассчитанная на неопытность соперника. Вряд ли Коларис и впрямь мог выступить против белого мага, – фыркнула Кристал.
– Не скажи, – возразила Каси. – Зная репутацию Колариса, трудно поверить, чтобы он затеял какую-то хитрую игру. Все герцоги Фритауна – люди грубые, прямолинейные, далекие от всяческой изощренности. Коларис слеплен из того же теста. А вот Берфир, как докладывают наши люди, человек в высшей степени практичный. Попадись ему сера, он мог бы просто послать своих людей к источникам, добыть сколько ему надо, а получив с нашей стороны протест, спокойно отступить. Мне непонятно, зачем ему ввязываться в еще один пограничный конфликт.
– Исходя из того, что известно нам, такие действия кажутся совершенно бессмысленными, – подытожила Кристал.
– Мне хотелось бы знать, не появлялись ли поблизости стервятники.
– Стервятники? Думаешь, это как-то связано с белым магом? – поинтересовалась Каси.
– Не знаю, но вот Антонин шпионил за мной с помощью такой пташки. И, насколько мне помнится, Антонина не слишком волновало, кто из вас победит, ты или Префект. Он заботился лишь об укреплении собственной власти, как и все белые маги.
– Ох уж эти белые маги! Когда наконец с ними будет покончено? – вздохнула Каси.
– Думаю, на это потребуется тысяча лет и сила, достаточная, чтобы растопить Фрвен, – отозвался я.
– Но у нас нет ни такого времени, ни подобной мощи, – промолвила Кристал и поджала губы.
– Видел кто-нибудь Джастина? – спросил я. – Он наверняка что-нибудь знает.
– Я говорила с Тамрой сегодня утром, – ответила Кристал. – Он уехал два дня назад.
– Весьма своевременно, – заметила самодержица.
– А почему она не с ним?
– Тамра говорит, будто он сказал, что она уже способна позаботиться о себе самостоятельно, а ему нужно отдохнуть. После чего отбыл. Направился на запад, а куда именно – не сказал.
Обе женщины воззрились на меня. Я вздохнул.
– Похоже, мне тоже не обойтись без путешествия.
– Я ничего не требую, – промолвила Каси, – и лишь почтительно – весьма почтительно – прошу Мастера Гармонии оказать нам посильное содействие.
Я вовсе не был уверен, что наполовину случайные победы, которые мне довелось одержать над тремя белыми магами, делают меня таким уж надежным защитником, однако заставил себя улыбнуться.
– Конечно, ты не можешь позволить себе лишиться субкомандующей…
– Командующей, – поправила меня Каси.
– И я тоже.
– Леррис! – на сей раз вмешалась Кристал.
Я пожал плечами.
– Чтобы этого не случилось, надо разведать обстановку. Лучшее, что я могу сделать, это собрать инструменты и отправиться в Хидлен под видом странствующего подмастерья, ищущего работу. К счастью, я выгляжу достаточно молодо.
– Я ценю твое предложение. Однако ты не должен так рисковать.
– Так ведь у меня тут и свой интерес имеется, да еще какой, – возразил я, взглянув на Кристал, после чего опять повернулся к самодержице.
– Это, однако, потребует времени. Я не собираюсь отправляться сию же минуту и ехать туда прямиком, в открытую. А намерена ли ты предпринять какие-либо шаги? Я имею в виду предпринять немедленно.
Каси посмотрела на меня с выражением, в котором угадывался намек на улыбку.
– Какие? Послать к источникам еще несколько отрядов, чтобы погубить и их? Если Берфир решит вторгнуться в Кифрос, я буду предупреждена заранее, а вести войну на наших пустынных холмах легче, чем в горах. Торопливость может нам дорого обойтись. В тех краях нет городов, кроме Якуйи, к тому же лучше лишиться города, чем обученного войска. Солдаты и их командующая нужнее, чем дома и стены.
Кристал кивнула.
Я чуть не поперхнулся. Мысль о том, что войско может представлять собой большую ценность, нежели город, попросту не приходила мне в голову.
– Что тебе потребуется, Леррис? – спросила самодержица. Я выдавил усмешку.
– Было бы неплохо… разжиться некоторыми средствами… в возмещение путевых расходов.
– Ты до ужаса меркантилен, – сухо промолвила Каси, – боюсь, твое путешествие обойдется мне дорого.
– Но никак не дороже тех потерь, которые ты можешь понести из-за незнания обстановки, – указал я. – Сама ведь говорила, что войска очень дороги.
Каси улыбнулась.
– Каким путем ты поедешь? – спросила Кристал.
– Проселками, как же еще. Удобные дороги, они не для бедных подмастерьев.
– Ты никогда не искал легких дорог, – промолвила Кристал, потирая лоб.
Она тревожилась за меня, но мне казалось, что ей предстоит столкнуться с куда большими опасностями. Раз уж вокруг запахло колдовством и в воздухе замелькали огненные стрелы…
– Спасибо на добром слове, дорогая моя субкомандующая.
– А как насчет того, чтобы часть пути тебя сопровождал эскорт? – спросила Каси. – Мне кажется, это могло бы ускорить твое путешествие. Разве не так?
Я прекрасно понимал ее тревогу и не мог не согласиться с тем, что выиграть время было бы совсем неплохо.
– Да, я не против того, чтобы несколько солдат проводили меня по крайней мере до предгорий Рассветных Отрогов. Кристал, наверное, говорила тебе, что я совершенно не умею обращаться с оружием.
– Это точно, – усмехнулась Кристал. – С посохом в руках он может осилить за раз двоих-троих, а уж чтобы больше – это едва ли.
– Ты на чьей стороне, моей или Герлиса? – спросил я.
Каси улыбнулась.
– Когда крайний срок отъезда? – спросил я, переводя взгляд с одной женщины на другую. – Если вчера, то имейте в виду – уже не успею. Как насчет завтра?
– Завтра… – протянула самодержица. – Хм, мне кажется… боюсь, что это будет… несколько преждевременно.
– Тогда послезавтра?
Не то чтобы меня так уж тянуло сунуть голову во вражье логово, однако лучше действовать, чем ждать, да и Каси отчаянно нуждалась в сведениях.
– Да, это, пожалуй, всех устроит, – промолвила самодержица, одарив Кристал широкой улыбкой, и моя супруга зарделась. Как, впрочем, и я.
Затем Каси встала и кивком дала нам понять, что аудиенция окончена. Кристал кивнула, а я ответил легким поклоном.
– Как думаешь, где сейчас Тамра? – спросил я, едва мы вышли за дверь.
– Она остановилась в комнатах для гостей при казармах Второго отряда. А ты полагаешь, ей известно, куда направился Джастин?
– Очень может быть.
– Может-то может, но его все равно не найти, – вздохнула Кристал, покачав головой.
– Вполне возможно. Он имеет удивительную способность исчезать именно тогда, когда у меня возникают затруднения.
– Ты и впрямь так считаешь? – спросила Кристал, снова потерев лоб.
– Иногда… Впрочем, будь у него в обычае самому влипать в неприятности, он вряд ли прожил бы этакую прорву лет.
Потянувшись, я коснулся пальцами плеча Кристал и слегка подкрепил ее гармонией.
– Спасибо.
Хотя резиденция самодержицы и не представляла собой крепость в полном смысле этого слова, выстроена она была с таким расчетом, чтобы выдержать осаду: с толстыми стенами и узкими, похожими на бойницы окошками. Неудивительно, что внутри даже в полдень было довольно сумрачно. Следуя длинными коридором, мы миновали пост – два бойца приветствовали нас кивками – и через некоторое время добрались до покоев Кристал. Стоявший на страже неизменный Херрельд распахнул перед нами дверь. Он по-прежнему не улыбался, но по крайней мере больше не хмурился при моем появлении.
Как только дверь за нами закрылась, я снова заключил Кристал в объятия и припал к ее губам.
Она отстранилась.
– Вот уж не думала, что тебе нравится заниматься такими делами, когда между нами болтается клинок.
Я усмехнулся.
– Ты несносен!
Сверкнув глазами, она задвинула дверной засов, сбросила пояс с мечом и двумя быстрыми движениями стряхнула с ног сапоги.
Я усмехнулся снова, но в следующий миг она едва не задушила меня в объятиях. Как и когда удалось скинуть сапоги мне, так и осталось тайной.
Позже, когда мы лежали вдвоем на зеленом стеганом одеяле, я погладил ее лоб и спросил:
– Ты ведь не приедешь на ночь домой, верно?
– Увы, нет. Нам надо встретиться с Миреасом и Лиессой. Но как ты узнал?
– У меня свои способы, распутница ты эдакая, – пробормотал я, прижимая ее к себе.
Короткие волосы щекотали мою щеку, руки чувствовали атлас ее кожи. Нам оставалось лишь как можно полнее использовать то недолгое время, какое мы могли провести вместе. Учитывая очередное повышение Кристал и складывавшиеся обстоятельства, у меня были все основания полагать, что теперь такие моменты станут еще более редкими, чем прежде.
Четыре удара колокола и топот сапог под балконом возвестили о смене караула.
Вздохнув, Кристал повернулась, последний раз сжала меня в объятиях и отодвинулась.
– Ты собираешься на очередную встречу? А о чем там пойдет речь?
– О новом командующем.
– Но ведь новый командующий – это ты. Каси сама сказала.
– Каси и вправду хочет видеть на этом посту меня, да и Лиесса, похоже, тоже. Но есть и другие мнения. Муреас ходатайствует за своего племянника Тормана…
– Не того ли, которому ты отрубила руку? – промурлыкал я, покусывая ее ухо.
– Если я сейчас же не встану, то вовсе никуда не попаду, – промолвила Кристал и, поцеловав меня, отодвинулась подальше. – Да, отрубила, но ненамеренно. Это был несчастный случай. Я хотела лишь выбить его меч, но он швырнул мне в лицо пригоршню песку, и мой удар пришелся ему по запястью.
Она стала одеваться, и я неохотно последовал ее примеру.
– А она не согласна сделать Тормана субкомандующим?
– Каси многим ей обязана, однако она не из тех, кто позволит приставать к ней с ножом к горлу. Даже если Муреас пригрозит оставить пост казначея. Да и никуда Муреас не уйдет, слишком уж любит власть и почести. Однако давить на Каси будет.
– Не нравится она мне.
– Она никому не нравится. Беда в том, что никто лучше нее не умеет добывать, считать и с толком расходовать деньги.
Встав позади Кристал, я обнял ее и поцеловал в шею. На миг она подалась всем телом назад и глубоко вздохнула. Поцеловав ее еще раз, я разжал объятия.
– Сапоги никак не найду, – пробормотала Кристал, обшаривая взглядом спальню.
– Ты их в приемной оставила.
– Твои, надо думать, тоже там.
Свои я стянул несколько попозже, но стоило ли об этом спорить? Так или иначе, но дверь Кристал отворила лишь после того, как мы оба привели себя в порядок. Сопровождаемые, как всегда, ничего не выражающим взглядом Херрельда, мы рука об руку двинулись вниз по лестнице.
На нижней площадке Кристал отпустила мою руку.
– Встретимся завтра вечером… надеюсь.
На это же хотелось надеяться и мне.
Тамры в казармах не оказалось. Оставив ей записку, я вывел Гэрлока из конюшни, уселся верхом и поехал домой.
IV
Западная Арастия, Хидлен (Кандар)
Человек в заляпанных кожаных доспехах, с висящим за спиной мечом длиной в полторы руки и свернутой веревкой в левой руке подъезжает к разбитому посреди лагеря белому, но заляпанному грязью шатру. Перед шатром реет красное знамя с изображением короны.
– Герлис! Герлис!
Белый маг встает из-за складного стола.
– Да, высокочтимый?
– О чем ты думаешь? – кричит рослый мужчина, врываясь в шатер.
Глина с его сапог пятнает ковер.
– Смотря что имеется в виду, – отзывается Герлис, недовольно поглядывая на грязные следы.
Берфир, не обращая внимания на жир от недоеденной баранины, швыряет свиток прямо на стоящее на столе блюдо.
– Вот что! Я тут из кожи вон лезу, пытаясь сколотить силы, достаточные, чтобы удержать Колариса от вторжения, а ты используешь ракеты против кифриенцев, грозя развязать новую войну, которая мне вовсе не нужна. Не говоря уж о том, что ракеты дорого стоят…
– Позволь тебе напомнить, отшельник обошелся тебе недорого.
– Раздобыть сведения – это еще полдела. Мне пришлось платить за работу кузнецам и химикам.
– Вот-вот. А эффект от ракет куда меньший, чем от пламени хаоса.
– Зато чтобы их использовать, не нужен маг. Зачем я вообще оставил тебя здесь? Разве не для того, чтобы ты удерживал этого нетерпеливого, сумасбродного Сеннона от опрометчивых поступков? Как раз затем, чтобы он не втравил меня в нечто подобное. Предполагалось, что ты будешь сдерживать Сеннона от попыток вторгнуться в Кифрос. Я думал, что все ракеты были отправлены на север – они нужны мне именно там. Армия этого ублюдка Колариса в любой момент может выступить к Хайдолару или Ренклаару. Он повысил налоги и собирает под свои знамена наемников.
– Ракет у тебя уже сейчас более чем достаточно. Трудности могут заключаться разве что в их транспортировке, – говорит Герлис, склоняя голову. Он гладко выбрит, а его аккуратно причесанные темные волосы образуют на лбу треугольник, по народным поверьям предвещающий раннее вдовство. – А войска Колариса стоят в окрестностях Фритауна, далеко от наших рубежей.
– Кончай морочить мне голову! Твоя задача заключалась в том, чтобы удерживать Сеннона, а не подстрекать его. А ракеты тебе следовало отправить в Хидлен.
Герцог выхватывает меч, и стальное острие замирает менее чем в спане от кадыка чародея.
– Если ты не намерен помогать мне, то какая от тебя польза?
– Но ты, твоя милость, предоставил мне свободу действий, – отвечает Герлис, с поклоном отступая назад. – Вот я и подумал, что некоторое количество ракет можно было бы оставить здесь. Но решение принял Сеннон, а я даже отослал половину оставленных им боеприпасов. Направляясь сюда, ты мог встретить по дороге обоз.
– Не пытайся перевести разговор на другую тему, – ворчит Берфир, однако вздыхает и опускает свой длинный меч.
– Сеннон находил мысль о нападении на кифриенцев весьма удачной. И был уверен, что действует в твоих интересах.
– А ты куда смотрел? Вижу, вам тут целитель нужен! – острие клинка снова поднимается, едва упираясь Герлису в подбородок. – Ты не хуже меня знаешь, что эти кифриенцы были всего-навсего разведчиками. Разведчиками, а не захватчиками, к тому же они находились по свою сторону границы. Самодержица вовсе не заинтересована в войне: до сих пор она не предпринимала даже попытки вернуть источники. Да что я разоряюсь: тебе все это известно точно так же, как и мне. Итак, отвечай, зачем ты натравил Сеннона на этот отряд?
– Дело обстояло не совсем так, милостивый господин. Сеннон счел, что эти бойцы представляют собой угрозу.
– Почему ты не остановил его?
– Разве может маг на поле боя отдавать приказы военачальнику? – резонно возражает Герлис. – Особенно если этот военачальник является старшим сыном…
– Болваны! – рычит Берфир. – Меня окружают одни болваны! Как я могу сохранить целостность Хидлена, имея дело с такими идиотами? Я вообще не добивался герцогской короны – обошелся бы и без нее, – но Стернуа был готов отдать Коларису поля в северной части долины Охайд, а чем это могло обернуться? Коларис стоял бы у нашего парадного входа. Но он и сейчас претендует на лучшие наши земли, и если я не стану сражаться, против меня поднимутся все фермеры страны. Поднимут крик, утверждая, что узурпатор из дома Яннотан предал их интересы. И в такой ситуации ты втравливаешь меня в драку, которой я не хочу и которая мне совершенно не нужна.
– Герцог Стерна, да благословят его ангелы, хотел только мира.
– Мира нельзя достичь, делая уступки, тем паче таким ублюдкам, как Коларис. И уж кто бы взывал к ангелам, но не ты.
Хрипло рассмеявшись, Берфир вкладывает меч в ножны.
– Возможно, появление нового врага может сыграть тебе на руку, – спокойно произносит белый маг.
– Только нового врага мне и не хватало. Сейчас, когда все вокруг за глаза называют меня узурпатором, а жрецы Храма, из-за того что я взял в советники белого мага, обвиняют меня в связях с демонами света. Мне с Фритауном не разобраться, а тут еще и Кифрос. Боевые действия могут начаться уже на следующей восьмидневке, а то и раньше. Что же теперь, драться на два фронта?
– Ну… – бормочет Герлис… – если самодержица нанесет удар, а ты его отобьешь, многие забудут о твоем происхождении. И даже простят защитнику страны те неизбежные потери, которые повлечет за собой борьба с Коларисом.
– Как же, станет она нападать…
– А вот по мнению Сеннона, нападение уже состоялось. Что случилось, того не изменишь, но никто не мешает тебе использовать случившееся в своих интересах. Причем с разными целями.
– Хм… – герцог скребет бороду. – Что ты имеешь в виду, мне понятно… кажется. Но что мне делать сейчас? Я не могу использовать случившееся как предлог для вторжения во владения самодержицы: Коларис всяко не преминет этим воспользоваться. Но если я и не нападу на нее, оставить здесь войска теперь все равно придется, что определенно подтолкнет Колариса к действиям. На следующей восьмидневке его следует ждать на Хайдоларской дороге. Демоны, ну почему я стольким обязан клану Сеннона?!
– Ну… Сеннон доказал свою ценность. Он и его войска заслужили право встретить врага первыми.
– Полагаю, речь идет о вражеском нападении. Но что, если самодержица ограничится посылкой тайных лазутчиков?
Опушенный полог белого шатра хлопает на ветру, заставив Берфира обернуться.
– Вероятно, она так и поступит. Но это не помешает Сеннону отважно сражаться за Хидлен. А после соответствующего взаимного кровопускания вы с самодержицей заключите устраивающий вас обоих договор, который ты сможешь объявить выдающимся достижением, приписав своей мудрости и своему героизму. Это принесет тебе популярность и даст свободу действий по отношению к настоящему противнику.
– Самодержица не пойдет на подписание договора, пока мы не вернем ей источники.
– Ну так и вернем.
– Что? – Берфир тянется к мечу, однако опускает руку. – Но тогда чего ради, во имя Света?..
– Ради проведения разведки. Установив, где находятся подземные источники, я смогу вызвать некоторое смещение почвы, так что они пробьются наружу по твою сторону границы. Но чтобы сделать это, мне необходимо было попасть сюда и пробыть здесь достаточно долго. К тому же, – Герлис понижает голос, – совсем неплохо, если мы предоставим Сеннону возможность стяжать великую славу. Стать героем, настоящим героем, сложившим голову, доблестно сражаясь за Хидлен. О чем ты со слезами на глазах поведаешь его отцу, заодно пожаловав младшему сыну какой-нибудь титул. После этого любой честолюбец вроде Сеннона дважды подумает, прежде чем…
– Этакому злодейству где-нибудь учат, или ты черпаешь его из подземных недр?
– Благодарю за комплимент, высокочтимый.
Снова покачав головой, Берфир выходит из шатра и вскакивает на поджидающего его огромного жеребца.
Ухмылка Герлиса обнажает крупные белые зубы и красноватые десны. Его горящий взгляд скользит по необычной формы подводам и знамени с золотым кинжалом, реющим над лагерем Сеннона. Знамени, которое скоро перейдет к его наследнику.

Читать книгу дальше: Модезитт Лиланд Экстон - Отшельничий остров - 5. Смерть Хаоса